Уотсон, Торндайк, Джонс, Скиннер: экспериментаторы, определившие лицо бихевиоризма
От физиологической лаборатории к управлению поведением
Если Павлов и Бехтерев предоставили бихевиоризму научный инструментарий, то группа американских исследователей взяла этот инструмент и применила его с беспрецедентной радикальностью. Их эксперименты, проводимые сначала на животных, а затем и на людях, продемонстрировали миру, что поведение — от простейших движений до сложных эмоций — не является таинственным проявлением души или сознания. Оно формируется, контролируется и может быть изменено через манипуляцию простыми и объективными принципами: стимулами и последствиями. Отказавшись от изучения «чёрного ящика» психики, они сосредоточились на том, что можно измерить: действиях и их связи с окружающей средой.
Джон Уотсон: манифест и создание страха по Павлову
Джон Бродес Уотсон вошёл в историю не как автор сложных теорий, а как блестящий популяризатор и радикальный революционер. Опираясь на работы Павлова и Бехтерева, которых он знал и которыми восхищался, Уотсон в 1913 году опубликовал свой манифест «Психология с точки зрения бихевиориста». Его центральный тезис был подобен вызову: психология должна перестать быть наукой о сознании и стать объективной естественной наукой о поведении. Её предмет — наблюдаемые реакции организма (R) на воздействия среды, или стимулы (S). Формула S → R стала символом новой эпохи.
Эксперимент с «маленьким Альбертом»: как создаётся эмоция
Чтобы доказать, что даже сложные человеческие эмоции подчиняются павловским законам, Уотсон и его ассистентка (а в будущем — жена) Розалия Рейнер провели в 1920 году знаменитый и этически скандальный эксперимент. Их испытуемым был 11-месячный младенец Альберт, который сначала с интересом играл с белой крысой. Учёные решили сформировать у него условную реакцию страха.
- Безусловный стимул (БС): Громкий, пугающий звук (удар молотком по металлической пластине за спиной ребёнка), вызывающий безусловную реакцию (БР) страха — плач, испуг.
- Нейтральный стимул: Белая крыса.
- Обусловливание: Несколько раз при появлении крысы за спиной Альберта раздавался громкий звук.
- Результат: Вскоре один только вид крысы (теперь условный стимул, УС) вызывал у Альберта условную реакцию (УР) страха — он начинал плакать и отползать. Более того, эта реакция генерализовалась на другие похожие объекты: белую кролика, маску Деда Мороза, вату.
Эксперимент наглядно показал, что эмоция страха — не врождённая характеристика, а наученная реакция, возникающая по классической схеме Павлова. Это открывало радикальные перспективы: если эмоциям можно научить, то, теоретически, их можно и «отучить». Проблема была в том, что Уотсон так и не провёл деобусловливание с Альбертом, оставив ребёнка с фобией, что сегодня вызвало бы жёсткое осуждение с этической точки зрения.
Эдвард Торндайк: закон эффекта и пробующий разум
Несколько раньше Уотсона Эдвард Ли Торндайк, работая в традициях зоопсихологии, пришёл к выводам, которые станут фундаментом следующего великого прорыва. Его знаменитые «проблемные ящики» были клетками с запорным механизмом (петлёй, рычагом), который голодная кошка должна была научиться открывать, чтобы получить пищу снаружи.
Наблюдая за поведением животных, Торндайк отметил, что обучение происходит не через озарение, а через метод проб, ошибок и случайного успеха. Кошка совершала множество хаотичных движений, пока случайно не задевала механизм открытия. При повторных попаданиях в ящик бесполезные движения постепенно отсеивались, а действие, ведущее к свободе и пище, закреплялось, выполняясь всё быстрее.
Закон эффекта: когда последствия управляют поведением
На основе этих наблюдений Торндайк сформулировал «Закон эффекта», который можно считать предтечей оперантного обусловливания:
«Из нескольких реакций на одну и ту же ситуацию те, которые сопровождаются или за которыми следует состояние удовлетворения („удовольствия“) для животного… прочнее связываются с этой ситуацией, так что при её повторении они возникают с большей вероятностью. Те реакции, которые сопровождаются дискомфортом… их связь с ситуацией ослабевает».
Иными словами, последствия поведения определяют его будущее. Поведение, ведущее к «приятному» результату (пище, освобождению), закрепляется. Поведение, ведущее к «неприятному» результату, угасает. Торндайк сместил фокус с предшествующих стимулов (как у Павлова) на последующие события, открыв дорогу для совершенно новой парадигмы.
Мэри Ковер Джонс: первая победа поведенческой терапии
Если Уотсон показал, как создавать фобии, то его коллега и ученица Мэри Ковер Джонс продемонстрировала, как их можно устранить, совершив тем самым акт рождения бихевиоральной терапии. В 1924 году она работала с трёхлетним мальчиком по имени Питер, который панически боялся белых кроликов, меха, перьев — похожий набор страхов, как у «маленького Альберта».
Джонс использовала метод, который позже назовут контробусловливанием или систематической десенсибилизацией. Суть заключалась в создании новой, позитивной условной реакции, несовместимой со страхом. Она проводила сеансы, во время которых Питер, находясь в спокойном и довольном состоянии (например, во время приёма любимой пищи), видел кролика на таком безопасном расстоянии, которое не вызывало страха. Постепенно, день за днём, кролика приближали. Положительная эмоция от еды ассоциировалась с объектом страха, пока Питер не смог спокойно сидеть с кроликом на коленях и гладить его.
Эксперимент Джонс стал первым документально подтверждённым случаем успешного устранения фобии с помощью поведенческих методов, заложив краеугольный камень всей будущей доказательной психотерапии. Он элегантно показал практическую силу бихевиоральных принципов: то, что было научено, можно переучить.
Беррес Скиннер: радикальный бихевиоризм и власть последствий
Идеи Торндайка были подхвачены и развиты до уровня целостной философской системы Берресом Фредериком Скиннером, самым влиятельным и радикальным бихевиористом XX века. Скиннер критиковал упрощённую модель S-R как неполную. Он утверждал, что большая часть нашего повседневного поведения не является ответом на предшествующий специфический стимул. Как назвать стимул, который заставляет человека писать книгу, играть на гитаре или идти на кухню за яблоком? Для этого Скиннер ввёл ключевое различие.
Респондентное vs. Оперантное поведение
- Респондентное поведение — это классические рефлексы по Павлову. Оно реактивно и вызывается известным предшествующим стимулом (S → R). Пример: одёргивание руки от горячего, слюноотделение на звонок.
- Оперантное поведение — это активные действия, которые организм «испускает» спонтанно, чтобы воздействовать на среду. Эти действия не вызваны очевидным стимулом, а контролируются своими последствиями.
Скиннеровский «оперантный ящик» (или ящик Скиннера) был усовершенствованным «проблемным ящиком». В нём голодная крыса или голубь могли нажимать на педаль (рычаг), и аппарат автоматически выдавал порцию пищи. Скиннер мог с математической точностью изучать, как последствия (пища) влияют на вероятность повторения действия (нажатия на рычаг).
Система последствий: подкрепление и наказание
Скиннер разработал и классифицировал типы последствий, формирующих оперантное поведение:
| Тип последствия | Определение | Влияние на поведение | Пример |
|---|---|---|---|
| Положительное подкрепление | Предъявление приятного стимула после поведения. | Увеличивает вероятность поведения. | Похвала за выполненную работу → больше желания работать. |
| Отрицательное подкрепление | Удаление неприятного стимула после поведения. | Увеличивает вероятность поведения. | Принятие таблетки, снявшей головную боль → повышает вероятность принять таблетку в будущем при боли. |
| Положительное наказание | Предъявление неприятного стимула после поведения. | Уменьшает вероятность поведения. | Штраф за превышение скорости → снижает вероятность превышения. |
| Отрицательное наказание | Удаление приятного стимула после поведения. | Уменьшает вероятность поведения. | Лишение гаджета за плохое поведение → снижает вероятность такого поведения. |
Скиннер был убеждён, что подкрепление (как позитивное, так и негативное) — гораздо более эффективный инструмент формирования желаемого поведения, чем наказание, которое лишь подавляет реакции, вызывая побочные эффекты вроде страха и агрессии.
Радикальный бихевиоризм: культура, язык и «чёрный ящик»
Скиннер пошёл дальше лабораторных исследований. Он был радикальным бихевиористом, утверждая, что абсолютно всё поведение, включая мышление, эмоции и сложные социальные акты, определяется историей подкреплений. Мышление для него было просто скрытым вербальным поведением, а эмоции — сопутствующими физиологическими реакциями. Он применял свои принципы к обучению (обучающие машины), психотерапии, экономике и даже проектированию социальных утопий, как в романе «Уолден-Два». Скиннер окончательно похоронил модель «S-R», заменив её на S-O-R, где «O» (организм) — это не сознание, а совокупность уникальной истории подкреплений данного индивида, определяющая, какую реакцию вызовет стимул.
Запомнить
- Уотсон и манифест 1913 года: Провозгласил психологию наукой о наблюдаемом поведении по формуле S-R. Эксперимент с Альбертом показал, что даже эмоции страха формируются через классическое обусловливание по Павлову.
- Торндайк и закон эффекта: Сдвинул фокус с предшествующих стимулов на последствия. Поведение, ведущее к приятному результату, закрепляется, а к неприятному — угасает. Это основа оперантного научения.
- Мэри Джонс и первый терапевтический успех: Эксперимент с Питером продемонстрировал, что фобии, созданные по павловскому принципу, можно устранить контробусловливанием, заложив основу поведенческой терапии.
- Скиннер и радикальный бихевиоризм: Развил идеи Торндайка, создав стройную теорию оперантного обусловливания. Ключевой постулат: поведение контролируется своими последствиями (подкреплением и наказанием). Ввёл критически важную классификацию типов последствий.
- Эволюция парадигмы: Бихевиоризм прошёл путь от простой схемы S-R (Павлов, Уотсон) через учёт последствий (Закон эффекта Торндайка) к комплексной модели S-O-R, где «O» — это уникальная история подкреплений организма (Скиннер).
- От эксперимента к практике: Работы этих учёных превратили бихевиоризм из теоретической модели в мощный инструмент для модификации поведения, дав начало доказательной поведенческой терапии и заложив основы для когнитивно-поведенческого подхода.